header
Книга
Название: Астрология имени
Автор: Павел Глоба
Формат: doc
Размер файла: 331 Кб

  • Семь уровней имен.
  • Народное имя.
  • Имя предков.
  • Двенадцать эгрегоров имен.
  • Работа над именем.
Не занимались мы с вами около четырёх месяцев, было в мае последний раз. Ну, я заканчиваю с вами свои, возложенные на меня, обязательства по приведению вас в некую такую боевую готовность в области Астрологии и продолжаю выполнять свои обещания. Эти обещания когда-то были связаны со знакомством различными направлениями в Астрологии. Вот мы познакомились со многими из них, сегодня это будет одно из них.
Когда-то на эту тему был прочитан большой цикл в Москве, и были даже разговоры здесь, у нас с вами, давно, правда, об этой тематике. Эта тема будет связана с именем. Очень важная такая тема, когда-то я исследовал достаточно по разным направлениям. Сегодня, как раз в кратком изложении, это будет вам предложено.
Я сначала хотел бы напомнить вам то, что было когда-то нами с вами ещё об этом упомянуто в разных других каких-то вот аспектах, то есть об имени — важность имени. Имя, как говорили, — это "нечто данное человеку свыше", не только человеку, а и любому другому существу. В Библии написано, что Адам даёт имя любому предмету, любому абсолютно, называет там свинью – свиньёй, собаку – собакой, человека – человеком и так далее.
Имена записаны в "Книге жизни", некой такой, которая у Господа Бога хранится. Он там чего-то пишет, изначально написал и всё там предначертано. Апокалипсис "Откровение святого Иоанна" — читайте, найдёте там о том, что имена некоторых из нас, по крайней мере, вот изначально записаны. Человек ещё не родился, а его имя записано. Вот так, то есть к имени отношение, ну, в общем, не как к какой-то, допустим, кличке, не так как мы сейчас к нему относимся.
Отношение к имени с глубокой древности было, в общем-то, куда сакральным, как некой священной формуле, которая должна содержать в себе не только информацию о каждом из вас, а в котором должно содержаться и некая частица, частица нашей души, частица того, что именно к нам относится. То есть, собственно говоря, имя оно и должно не просто обозначать нас, оно должно нас отличать, оно должно, так сказать, показывать нас, и поэтому, в общем-то, десакрализованое отношение к имени, так как сейчас, оно недопустимо было раньше. Со временем эта вся традиция приходила в упадок, конечно, из поколения в поколение. Это, начиная, где-то там даже до нашей эры, за много сто лет (столетий), всё это, в общем, так приходило в такой вот, всё деформировалось и деформировалось. Пришло вот к настоящему моменту в такое совершенно невообразимое состояние, что человека могут назвать просто так, взять его назвать там Александром, взять его назвать каким-нибудь, я не знаю, именем, которое ему абсолютно, как корове седло. Корове седло больше подходит, чем какое-то имя человеку, потому что оно не выражает ничего для него, не является носителем ничего. Ни для меня, там допустим, не для ни кого оно ничего не говорит, а оно должно быть говорящим. Более того, имя стёрлось и потеряло, так сказать, свой смысл как валюта, а имя – это такая некая валюта, которая должна быть эквивалентом неких ценностей, при чём ценностей отнюдь не материальных или вернее не только материальных. Оно тоже десакрализовалось и превратилось в чёрти во что, потому что имен стало очень много, причём они стандартизированные, людей стали называть одними и теми же именами миллионы людей.
Поэтому непонятно, когда мы говорим слово, допустим, обозначаем, имя Саша или имя Лена, не понимают, кто за ним стоит, какая Лена, какой Саша. К Саше нужно обязательно прибавлять, что он не просто Саша, а Александр Григорьевич, вот тогда уже более понятно, любому гражданину Белоруссии, кого имеют в виду, хотя Александром Григорьевичем может быть и совершенно другой человек, понимаете, который вообще не имеет отношения к нему. Вот видите, сразу ассоциация у вас возникла, а если бы я сказал Александр Григорьевич где-нибудь в Германии, где я проживаю, то это бы ассоциации не вызвало бы никакой. Григорьевич – они этого совершенно не понимают и даже выговорить его, наверно, без определённого количества выпитого пива, наверно не смогли. У них это ничего не говорит, потому что не вызывает никакой ассоциации, — у нас вызывает.
Поэтому вот видите, моя задача с вами сегодня: – это попытаться восстановить правильное отношение к имени, попытаться показать, что в имени должна быть заключено правильное некое вот такое отражение судьбы. Попытаться показать, что имя для человека, может быть некой, ну скажем, (нельзя бросаться таким словом как магическая формула), ну скажем формулой судьбы – да. Имя должно быть неким охранным знаком, талисманом, который может его где-то даже ни то, что спасти, но помочь ему справиться со своими проблемами, да, возможно. Моя задача вот это показать вам, понимаете, хотя бы это. Это важно очень, потому что на самом деле, я считаю, что мы не имеем права к этой теме подходить абы как. Почему, потому что там на самом деле заключен огромный пласт информации, причём очень важной информации. И вот назвался не так и уже себе во многом даже судьбу вот так вот опрокинул. И многие люди, не зная этой информации, они почему-то интуитивно чувствовали тягу к другим совершенно именам, называли себя псевдонимами. Этот псевдоним работал, и вот с этим псевдонимом вдруг у них начиналась какая-то подвижка. Максим Горький, – какой он Максим – Алексей, на самом деле, Максимович, да? И не Горький, а Пешков на самом деле. Он не захотел быть Пешков, не захотел быть пешкой, захотел стать горьким очень, хотя не знаю, кто его пробовал на вкус. Вообще, почему он решил, что он горький, вообще я не знаю. Непонятно, почему это он решил что он "горький", видимо решил, видимо был горьким. Суть не в этом. В том что, в общем-то, как только вот он действительно назвался, а он писал до этого какие-то непонятные стишки тупые, хуже чем "Буревестник", я вас уверяю. Там было хуже чем "глупый пингвин робко прячет" чего-то там куда-то, вот значит, "тело жирное" там и так. Я думал, что нет хуже, оказывается, что ранние стихи Горького хуже, на самом деле это можно ознакомиться в его полном собрании сочинений. Дело не в этом. Дело в том, что он назвал себя Максимом – всё пошло, почему-то пошло. А вот почему пошло и что тут такое происходит, когда человек начинает выбирать-то только всего лишь на всего сменить имя.
.