header

Книга
Название: Мифологические архетипы Зодиака
Автор: Семира и В.Веташ
Формат: doc
Размер файла: 1,01 Мб



Отрывок из книги:
Язык аналогий — древнейший из языков познания. Он предполагает опору на ассоциативное мышление, которое в истории развития сознания предшествует логическому. Логика, сама по себе, не строит связей: даже великим ученым их идеи приходят в голову, как правило, бессознательно. Логика подтверждает или опровергает чистоту уже возникших у нас ассоциаций. И именно в этом роль науки: отделить объективные общечеловеческие аналогии от субъективных и случайных. По отношению к самому творчеству идей это служебная, вспомогательная роль, которая вообще свойственна интеллекту: неслучайно в мифах бог счета, письма и науки (Меркурий) играет лишь роль слуги богов. И характерно, что сейчас, испытывая дефицит идей и начиная осознавать свою скромную роль, сухой интеллект естественной науки сам обратился к аналогиям: появились ученые-параллелисты, которые изучают возможность приложения открытий, сделанных в одной отрасли науки, к другим, независимым, областям.
В гуманитарном знании метод аналогий используется ещё чаще: поскольку нередко это единственный способ, который оказывается применим для описания явлений культуры. Но основы сравнения при этом обычно выбираются подспудно и бессознательно, остаются субъективны и потому нередко отражают лишь грань явления, но не саму его суть.
Метод обоснованных аналогий может помочь преодолеть дробность научного знания и вернуть нашему восприятию мира цельность, которую оно утратило после распада классической парадигмы мышления. Подобие подразумевает не только внутреннее качество, делающее вещи сходными (Фуко называет это "близостью"); а и единую причину: закон, устанавливающий связь вопреки времени и пространству ("соперничество" у Фуко). Оно строит пропорцию отношений ("аналогию"), универсальным мерилом которой становится человек; и не удовлетворяется установлением единственной связи, "приводя в движение все вещи в мире" (отношением "симпатии"). Современное стремление к целостности мышления подразумевает реализацию всех этих аспектов принципа подобия.
Чтобы аналогии были верными, они, во-первых, должны опираться на общечеловеческие универсалии (что предполагает обращение к человеку и его психологии: например, рассматривая какой-либо символ (форму, цвет, звучание, идею) в приложении к творчеству человека или культурному явлению, необходимо уделять внимание не только его роли в рамках какой-то одной культурной традиции, но и то, как наша психика его непосредственно воспринимает).
Во-вторых, аналогии должны рассматриваться в системе (скажем, не просто какому-то звучанию придается определенный смысл, а вся система звучаний проецируется на целостную систему значений, и наше сопоставление занимает в этой системе определенное место). Современное преломление идеи подобия означает, что в основу интерпретации аналогий ложится не хаос жизни, где все необходимо соотносится со всем, а целостная система законов их взаимодействия, согласно которой Вселенная предстает как единый организм.
И, в третьих, найденный смысл аналогии не должен быть сиюминутным, актуальным лишь в данный миг (иначе он обозначит лишь временное значение явления и через некоторое время перестанет отражать его суть). Для этого необходим выход к корням возникновения аналогии, к метафизическому уровню её смысла. Астрология, если опирается на мифологические архетипы и использует достижения современных наук в изучении разных граней человеческого восприятия (психолингвистику, цветопсихологию и т.д.), удовлетворяет этим трем требованиям. Она ставит человека в центр познания Вселенной, рассматривает все проявления жизни систематически и выводит нас за рамки настоящего момента, позволяя взглянуть на само время с позиции законов, вечных для человека.
Но что значит сегодня поставить в центр Человека: не будет ли это гигантоманией в свете научного понимания его лишь как ничтожно малой частицы Вселенной? Вернемся к тому, что в средневековье антропоморфность, ложащаяся в основу системы аналогий, мыслится прямым аналогом божественности. Человек становится тем, через что осуществляется всякая связь, и одновременно он сам напрямую отражает Космос и Бога как сам принцип зеркального отражения. Подобно этому, современное познание учитывает, что мы видим мир так, как видит его человек (возможно, другие существа видели бы его иначе). Утверждение подобия микрокосма и макрокосма раскрывает величие человека в смысле его познавательных возможностей: непосредственность его отражения в формах мира гарантирует успех его поиска, как говорил Парацельс: "Нет ничего ни в глубине морей, ни в высях небосвода, что человек не мог бы открыть. Нет таких гор, которые были бы столь обширны, чтобы скрыть от человеческого взора то, что скрывается в них; все это открывается ему благодаря соответствующим знакам."
Поэтому правильно будет сделать точкой отсчета человека — и Землю, на которой он находится (астрологическая система и сегодня — геоцентрическая; хотя нам доступны и гелиоцентрические координаты, они редко используются на практике). Но следует понимать, что мы ставим человека в центр Вселенной лишь как инструмент создания целостности мира, инструмент движения и работы в нем аналогий; и как этот инструмент, он не должен замыкаться на себе самом. Поток сравнения идет сквозь человека. Он должен постоянно сохранять открытость Вселенной, быть насквозь "прозрачен": лишен раз навсегда данных, устойчивых определений. Вся конкретная жизнь человечества может быть описана лишь в неуловимых терминах архетипов (потому и язык астрологического и любого другого прогноза не может и не должен быть приговором). Лишь так наше мышление отразит объективность мира. Только так возможен антропоцентризм, который не приводит к гигантомании человека, его наполеоновским притязанием на мировое господство — а смыкается с космоцентризмом (богопронизанностью мира) в широком смысле.

Как знание, основанное на временном расчете, астрология не только пользуется законом подобия: она во многом его объясняет. Не встречались ли вы с удивительными совпадениями своих мыслей и слов других людей, или синхронностью жизненных событий, совершенно не связанных между собой напрямую? Это и есть наиболее заметное проявление той "судьбы", о которой говорит астрология, изучающая как индивидуальные ритмы человека, так и ритмы, единые для всего человечества. Для этого явления Юнг ввел даже особый термин — синхронизм. Изучение синхронности психических восприятий разных людей и событий вызвало закономерный интерес психоаналитика к астрологии, поскольку она позволяет доступно объяснить этот феномен через влияние космических ритмов на коллективные подсознательные процессы.
И везде, где мы сталкиваемся с феноменом подобия видимым образом не связанных вещей, единственным удовлетворительным объяснением для него остаётся единство законов Вселенной. Как объяснить тот факт, что представления о Вселенной, которые доносят до нас образы богов, мифы, символы и обряды, поразительно подобны на разных краях земли, в культурах никогда не пересекавшихся между собой народов? Мы можем говорить о единстве палеолитической культуры, но если некогда культура и была единой, то почему это единство сохранилось и тогда, когда народы, расселившись по земле, оказались в разных условиях существования? Культурное единство — продукт исторического развития, но дошедшие до нас факты также не позволяют доказать существование единых законов истории и больше говорят о различии, чем о сходстве. Очевидно, чтобы ответить на вопрос о причинах подобия чего-то в разных концах Земли, надо приподняться и над историей, и над культурой.
И вот космологический, астрологический подход даёт возможность сделать это, описывая универсализм через законы ритмов, единые для Космоса и безразличные к превратностям земного бытия. Поэтому он принимает сходство разных культур как естественный, само собой разумеющийся факт: как простое отражение небесного в земном (и в первую очередь природы — в человеке). Такой взгляд кажется слишком простым, чтобы быть серьёзным. Однако он перестанет быть наивным и значительно усложнится, если представить, что по мере того, как это отражение тысячелетиями имело место, сформировалось то, что мы называем разумом человека и его душой.
Юнга к этой мысли подвела практика: работая с психикой, он мог видеть разные стадии и формы проявления архетипов. И хотя сначала Юнг понимал архетипы как принципы, данные a priori, подобно кантовским категориям, в своей работе "Поздние мысли" он писал: "Сознание в фило- и онтогенетическом отношении вторично. Этот несомненный факт следует, наконец, принять к сведению. Подобно тому, как тело имеет долгую историю, длившуюся миллионы лет, точно так же дело обстоит и с психической системой. И подобно тому, как тело современного человека в каждой своей части представляет результат такого развития и всё-таки позволяет увидеть ранние стадии своего существования, точно так же дело обстоит и с душой."
Характерно, что в этой цитате Юнг пользуется методом аналогий. Потому его такой, во многом материалистический, взгляд не принижает человека и не исключает его духовности: душа не сводится к телу, или сознание — к материи. Но они —подобны.
Согласно астрологическому закону аналогий, те же принципы, которые сформировали тело Солнечной системы и управляют движением планет, проявились в устройстве земной жизни и создали душу человека. Эти незримые принципы, которые можно назвать божественными законами, а можно просто космическими ритмами, легли в основу мифологических архетипов. Современному уму легче всего представить понятия планет как определенные ритмы мозга, оформляющие себя именно теми образами, которые связаны с подобными вибрациями в природе: и так создающие универсализм мышления людей и понимание между ними.
Эти ритмы, выражающие себя как архетипы в астрологии, присутствуют в нашей жизни как глубинные мотивы событий. Мы часто рассматриваем причины событий — личных, как и исторических, и политических — как внешние обстоятельства жизни. Но и в личной, и в коллективной истории есть внутренний сценарий, предопределённая смысловая линия незаметных поступков и великих деяний. Их мотивы помогает раскрыть мифология с позиции не сиюминутного, но вечного.
Астрология изучает циклы времени и их проявления в истории людей. Для астрологии архетип — это не только образ, но и эпоха: зафиксированный отрезок времени. Повторившись за человеческую историю бессчётное число раз, аспекты Солнца, Луны и планет, с помощью которых мы измеряем время, закрепились определённым образом в поведении людей и нашли отражение в культуре. Характерные черты эпох преобразились в типические образы и сценарии мифологии. Опыт позволил сопоставить небесное движение планет определенным земным явлениям, и это сегодня составляет основу астрологического прогноза. Но неизвестное нам время древнейшей истории намного больше, чем опыт, сохранённый в бодрствующей памяти человечества. Мифология даёт возможность дополнить известное сегодня забытыми фактами прошлого.

.